Друзья Красноуфимского краеведческого музея – кто они?

 

В 2012 году работая над книгой «Красноуфимский краеведческий музей за сто лет», я обратилась к документам музея, лежавшим в папках, до которых, в связи с воссозданием музея, возможно, «не доходили руки». Я внимательно просматривала все находящиеся там документы: отчеты, акты, заключения комиссий, квитанции, письма (незначительное количество) и другие. Среди этих документов я и обнаружила письма директора Уральского геологического музея профессора геологии  Модеста Онисимовича Клера, которые он присылал в Красноуфимский краеведческий музей. Переписка М.О.Клера и директора музея Г.Д.Нестеровой проходила в 1950-1951 годах, главным содержанием которой было составление реферата-лекции  на тему: «Геологическое прошлое города Красноуфимска и прилегающих районов», которая должна была отражать будущую экспозицию по геологии и палеонтологии края.

Остановимся на данном значимом для музея событии более подробно.  Для этого возьмем часть текста из книги «Красноуфимский краеведческий музей за сто лет» в разделе  « Рекомендации профессора геологии М.О.Клера по изучению геологического прошлого края и его вклад в исследование данной темы».

«В 1950 году в музее был разработан ТЭП (тематико-экспозиционный план, прим.Л.А.) отдела природы. Проект его был составлен научным сотрудником Красноуфимской Госселекционной станции, кандидатом биологических наук Петром Ивановичем Гупало,  обсуждался музейно-краеведческим советом и был утвержден Свердловским областным музеем.

На фото: П.И.Гупало проводит экскурсию. 1949г.

П.И.Гупало в то время был председателем секции  природы научного совета музея и разработал тему: «Преобразование природы растений на основе мичуринского учения  в работах Красноуфимской Госселекционной станции». В результате чего был оформлен стенд в экспозиции, утвержденный научным совещанием коллектива сотрудников селекционной станции.

По просьбе Красноуфимского краеведческого музея директор Уральского геологического музея профессор Модест Онисимович Клер начал составление научной работы-реферата «Геологическое прошлое Красноуфимского района».

 

«Модест Онисимович Клер (1879-1966г.г.) родился 12 декабря 1879 года в старом Екатеринбурге в семье известного краеведа-ученого Онисима Егоровича Клера, с именем которого связаны географические и археологические открытия. «Окончив гимназию, Модест Онисимович Клер уехал в Швейцарию. Сначала он окончил Промышленную академию, а затем Женевский университет. С дипломом доктора естественных наук вернулся домой на Урал. До революции преподавал в горном училище. С 1918 года в только что созданном горном институте стал доцентом, а вскоре и профессором.  Кроме того, он преподавал и заведовал кафедрами в Уральском университете, политехническом институте. Он много сделал для становления геологической науки на Урале. Ему принадлежит заслуга в создании в вузах Урала кабинетов палеонтологии, гидрогеологии, динамической геологии, гидрогеологической лаборатории. М.О.Клер был всегда активным участником промышленного развития Урала, его исследования помогли решить проблемы водоснабжения гигантов индустрии и городов, строительства железных дорог и т.д.»[1]

В октябре 1950 года М.О.Клер писал директору Красноуфимского краеведческого музея Г.Д.Нестеровой: « Отвечаю на Ваше обращение и председателя секции природы совета музея П.Гупало от 16 октября 1950 года, полученное  18 октября 1950 года: составить реферат-лекцию  на тему «Геологическое прошлое г.Красноуфимска и прилегающих районов», которая могла бы исходить из экспозиции по геологии и палеонтологии музея.

Мне не ясно, каков объем данного реферата-лекции. Конечно, я сейчас не помню Вашей экспозиции – мне врезалось в память, что все этикетки мной написанные ряд лет тому назад, в последний мой приезд в Красноуфимск – остались даже не переписанными и часть моих определений перепутана. Кроме того, не знаю, в какой степени музей пополнился экспонатами с 1945 года, когда я в нем был последний раз.

Мне не ясно, в какой редакции желательно иметь лекцию. Дело в том что прежние простые представления о геологии района в деталях крайне осложнились, и после работ Василия Дм.Наливкина (сына) – стратиграфия (наука, раздел геологии, об определении относительного геологического возраста осадочных горных пород, расчленении толщ пород и статистической взаимосвязи двух или нескольких случайных величин различных геологических образований, прим. Л.А.) чрезвычайно усложнилась. Если лекция для массового слушателя – то достаточно было бы общих штрихов истории края, если для научных изложений, то необходимо иметь данные В.Д.Наливкина, а они недоступны. Карты 1:50000 масштаба и их описания даются по специальным «допускам», которых у меня нет.

Я сейчас связан службой и не могу выезжать более, чем на субботу, с возвращением к 11 часам. Воскресенье… Общедоступная, без научных тонкостей беседа о «Геологическом прошлом Красноуфимского края» в небольшом объеме (страниц – четвертинок десять) было бы еще возможно написать.

Собрали ли окаменелостей для школ? Профессор Клер»[2]

Далее М.О.Клер сделал приписку с вопросами: «Не находили ли новых геликоприонов? Нет ли у кого-нибудь на руках спиралей геликоприонов в Красноуфимске? На каких условиях они смогли бы их передать Геологическому музею в Свердловске? Какие новые находки имеются по вымершим млекопитающим района?»

В ноябре пришло следующее письмо, в котором говорится о финансовых условиях выполнения работы и о подготовительных мероприятиях.

«…Прошу очень сжато дать список главнейших коллекций и экспонатов музея по неживой районной природе и, наконец, прошу Вас дать мне выкопировку карты (хотя бы самого мелкого масштаба или описание границы (по ходу часовой стрелки), указывая реки, селения. Я не представляю себе ясно район  действия музея. Получив все эти сведения, я приступлю к работе. Сообщите, нет ли у вас метеорита или обломков метеоритов в музее, быть может даже импортных ( из бывшего частного музея Голубцовых, например).

Удивительно, как трудно наладить на Урале сбор окаменелостей, даже в местах, где их встречается бездна. Наши школьники, в большинстве, не видят окаменелых остатков животно-растительного мира».[3]

В этом письме Модест Онисимович, кроме «традиционного» вопроса о геликоприонах спрашивал: «Делает ли какие-нибудь работы для музея художник-самоучка Якимов Евсей Дмитриевич в Верхней Саране?».

Якимов Евсей Дмитриевич (1919 – 1976г.г.) – родился одиннадцатым ребенком в старообрядческой семье Дмитрия Ильича (кузнеца) и Марии Семеновны Якимовых в Верх-Саранинском заводе Красноуфимского уезда. Вроде бы надо было радоваться, но ко всеобщему удивлению и огорчению у мальчонка не было ни рук, ни ног. Маленького и смышленого Евсея любили все: и старшие братья и деревенские жители. Видимо природа, отнимая у человека одно, компенсирует это другим. С ранних лет у него появилась тяга к рисованию. А как? Главным инструментом стали три пальца на так называемой ноге (крюк от тазобедренного сустава с небольшой стопой и пяткой с тремя пальцами). Этими пальцами он брал карандаш и рисовал. Рисовал и зубами.[4]

Надо сказать, что художник Якимов Е.Д и профессор геологии М.О.Клер переписывались (письма М.О.Клера были переданы в музей племянником Е.Д.Якимова Е.Л.Якимовым). М.О.Клер помогал самобытному художнику красками, кистями и другими материалами, которые были необходимы художнику, а также принимал активное участие в его судьбе, поддерживал морально.

На фото: портрет М.О.Клера, написанный художником Е.Д.Якимовым в начале 60-х г.г. XX века. (из фондов Красноуфимского краеведческого музея).

 

А мы вновь возвращаемся к событиям 1951 года, тогда в мае  М.О.Клер писал в Красноуфимский краеведческий музей: «Закончил я свою «лекцию» по геологической истории района действия Красноуфимского краеведческого музея 5 апреля 1951 года. Вскоре после переписки передал ее в Областное лекционное бюро. …Отзыв спрашивал я, пока еще не получен. С другой стороны, в начале мая здесь была заведующая Красноуфимского РАЙОНО. Увидев текст лекции у т.Старкова, она хотела немедленно его забрать, но он ей не дал и сказал, что по получении отзыва он его вышлет.

У меня получилось 24 страницы машинописи. При чтении лекции по тексту – необходимо в него внести красные квадратные скобки, т.е. выключить те части текста, которые дают детали стратиграфии и прочее, что для большой публики  будет лишней нагрузкой. Охотно бы подготовил текст в виде краткого очерка (он по существу так и составлен), но не удобно делать это, не получив отзыва. Отзыв же зависит, главным образом от того, кому он передан. Об одной и той же, например,  кандидатской работе иногда имеются три-четыре, совершенно различных отзыва.

…я с 7 апреля 1951 года освободился от штатной работы в Уральском Геологическом музее и перешел только на пенсию. Это позволяет мне располагать моим рабочим временем значительно шире. Мне хочется побывать и в Красноуфимске и помочь, если это будет нужно Вашему музею по отделам неживой природы…»[5]

Переписка продолжалась. 3 сентября 1951 года М.О.Клер писал: «…Надеюсь, что Вы получили и используете, составленную мною лекцию по «Геологической истории края». Рецензент совсем не знал с какой целью лекция написана и почему у нее такой особенный территориальный подход.  Жду от Вас весточки — какие новости у Вас по неживой природе в музее и районе?  Что удалось детям-туристам найти в этом году? Дети детдома собрали «корзинку окаменелых раковин» и к счастью их не привезли, так как несмотря на все указания, положили все окаменелости без укупорки каждой отдельно в корзину. Все бы истерлось.»[6]

Считаю важным для специалистов – исследователей неживой природы привести  для обозрения еще одно письмо профессора геологии М.О.Клера, направленное им в Красноуфимский краеведческий музей 9 сентября 1951 года:

«…При сем прилагаю для вашего музея светописную копию разреза «Фациальные профили для среднего и нижнего карбона» (фациальные профили – горные породы или осадки, возникающие в определенной физико-географической обстановке, прим. Л.А.) и «Фациальные профили для нижней Перми». Оба взяты из труда В.Д.Наливкина «Фации и геологическая история Уфимского плато и Юрезано-Сылвенской депрессии» 1950г. издания. Для музея достаточно и лучше использовать лишь верхние разрезы. Снять с них копии (если место позволяет, лучше сделать это, увеличив в два раза (но точно, а не на глазок). Раскрасить можно известняки среднего карбона (каменноугольный период палеозойской эры, начало – 360 млн. лет, конец – 286 млн. лет назад., прим.Л.А.) в средне-серый тон, верхнего карбона – в светло-серый. Все пермские – от коричневого (просвечивающего) до светлого. Можно кунгурские отложения окрасить в розоватые, а четвертичные отложения светло-желтым. Рифы мшанок – совершенно черным.

В моей лекции я старался дать основу для работников и природоведов Красноуфимска, как исходную для всех геологических работ. В тексте мной красным карандашом были в четырехугольных скобках включены все главнейшие отрезки текста, которые не входили в оглашение на публичных лекциях. Благодарю вас за сообщение о текущих мероприятиях в связи с лекцией.  Удивительно, что таких запасов, ну хотя бы три-четыре сотни отличных окаменелостей – не удалось объединить как фонд для школ и музеев. Ведь в наших школах Урала почти совершенно нет окаменелостей.  Ваш район ими богат. Так сотрудник Уралгеолмузея, получив от меня по его просьбе задание собрать фауну отличную в районе Н.Сараны собрал, к моему великому удивлению, кроме двух-трех кусков, такую дрянь, что только можно все выбросить и, во всяком случае, никоим образом не показывать школьникам.  Им нужен безупречный, отличнейший, яснейший материал, которого у вас можно собрать несколько возов, почти без удара молотка.

…Никто не собирает окаменелостей – прямо поразительно. Еще кое-где наберут руд (благо на рудниках в штабелях – подойди или в отвалах – и бери), а с окаменелостями очень туго. Мне думалось Красноуфимский музей в исключительных условиях и школы Красноуфимска.  Ничего еще не получено. Вас я обязую: с письмом для слепых детей ( М.О.Клер рассказывал о посещении детского дома слепых детей, которых было более 80 человек и завуч слепой и некоторые учителя слепые, другие едва видят, прим.Л.А.)  мне доставить от Вашего имени для передачи не менее 10 различных отличных окаменелых раковин – без породы, чистых, чтобы их маленькие пальчики  могли их трогать, изучать.

Разрез геологический я Вам  составлю на днях, сейчас же посылаю Вашу «Геологическую историю».

Желаю Вам успехов, делайте возможные усилия для красоты оформления выставки в музее. Для вас сейчас самое важное – возможно скорее оформить геологические разрезы, которые я Вам посылаю (было трудов, чтобы достать и оформить на светокопию их).  Миллионы лет очень ненадежны. Дело в том, что академик Наливкин Д.В., например, считает, что возраст Урала только  тридцать миллионов лет.

Сокращать Геологическую историю едва ли есть смысл – ее будут вообще читать только интересующиеся. А кто не интересуется и краткую не будут читать до конца.  Геологический разрез я давал в тексте лекции, но и на разрезах он хорошо выявляется. 

…Урал еще мало изучен и его геологическая история еще должна быть установлена.

Собирайте отличные, только превосходные, только безупречные плитки и плиты с фузулинами (фазулины — вымершее семейство корненожек верхнего отдела палеозойской эры, представители которого переполняют некоторые пласты верхнекаменноугольных образований в России и других странах, известных под именем фузулиновых известняков. Прим.Л.А.). Они валяются местами на пойменной каменистой террасе реки Уфы – точно окаменелый овес – лежат эти фузулинки на поверхности выщелоченных – природно вытравленных поверхностных плитняков мергелистых известняков.  Надо очень, очень тщательно укупоривать эти образцы. При тяжести плиток и плит, если не закупорить и не проложить плотно мягким лицевую, выставочную рельефную часть фузулин – они все изотрут друг друга и образец вполне будет годен … к выбросу.

Я стар, и одно из моих больших лишений жизни – это невозможность для меня носить по 1,5-2 пуда камней на спине в рюкзаке – сколько я собрал в жизни отличных образцов и сколько их я отдал в музеи и в школы даже студентом. По воскресеньям я привозил пуды отличных окаменелостей и дарил их кабинетам университета. Неужели мне не удастся хоть что-нибудь выжать из красноуфимцев???

Привет им и пожелания счастливой охоты за успехами музея, за популяризацией знания родного края, за сбором отличных образцов окаменелых раковин. Желаю в новом 1952 году найти хороший геликоприон.

Искренне на расстоянии с Вами работающий и очень любящий Ваш край профессор М.О.Клер. 9 сентября 1951 года».[7]

Данные письма имеют огромное научное и историческое значение для Красноуфимского краеведческого музея.  Письма, как и специально написанная М.О.Клером лекция «Геологическая история района деятельности Красноуфимского краеведческого музея» (это окончательное полное название лекции) —  можно расценивать как уникальные письменные источники для изучения палеонтологической истории Красноуфимского края и ее дальнейшего отражения в современной экспозиции Красноуфимского краеведческого музея.

Какой еще музей Свердловской области может сказать, что его сотрудники вели переписку с профессором геологии директором Уральского  Геологического музея М.О.Клером,  который еще и выполнял задание этого музея?

М.О. Клер умер 10 сентября 1966 года в г. Свердловске. Похоронен на Широкореченском кладбище.

 

Л.Е.Алексейчик  старший научный сотрудник Красноуфимского краеведческого музея

[1] Л.Зорина «Энтузиаст Урала», газета «Уральский рабочий» от 25.12.1979г. Из книги Л.Е.Якимова «Моё и наше», собственное изд., 2000г.

[2] Письмо М.О.Клера от 29 октября 1950г. Из фондов Красноуфимского краеведческого музея.

[3] Письмо М.О.Клера от 4 ноября 1950г. Из фондов Красноуфимского краеведческого музея.

[4] Е.Л.Якимов «Моё и наше», собств. изд., 2000г.

[5] Письмо М.О.Клера от 31 мая 1951 года. Из фондов Красноуфимского краеведческого музея.

[6] Письмо М.О.Клера от 3 сентября 1951 г. Из фондов Красноуфимского краеведческого музея.

[7] Письмо М.О.Клера от 9 сентября 1951 года. Из фондов Красноуфимского краеведческого музея.

Добавить комментарий